Как выживает малый бизнес в провинциальной России

Как выживает малый бизнес в провинциальной России

Личная стратегия выживания граждан в отсутствии внятной антикризисной политики заключается в одном – терпеть, потуже затянув ремни. Для малого бизнеса, практически полностью зависимого от покупательского спроса, этот ремень оказывается удавкой.

— Все, завтра будет готова растяжка «Ликвидация магазина», повешу над входом, как белый флаг, и объявлю миру о своей капитуляции. Сначала так и хотела написать – «капитуляция», это точнее. Не хочу и никогда бы не стала добровольно ликвидировать дело, которому отдано 23 года жизни, но меня к этому принуждает родное государство. Я не могу больше бороться, устала быть «тварью дрожащей», зависеть от любого чиха, от бесконечно меняющихся правил игры, от санкций и контрсанкций, от дефолтов и кризисов, из которых я выползала как побитая собака и заново восстанавливала бизнес.

Бесит, что люди этого не понимают или не хотят понимать. У многих причинно-следственные связи отсутствуют напрочь. Приходит покупательница, не старая еще женщина, работает в культуре: «Ой, какая хорошая кофточка! А почему она стоит так дорого?» — «Потому что санкции, доллар вырос. Кофточка импортная.» — «Всегда знала, что Обама сволочь, задрал нам цены!» Приходит другая, тоже не из простых: «Что-то у вас товару маловато, новинок нет. Я, правда, только посмотреть зашла… Муж без зарплаты, нам тоже урезали на 30 процентов. А у вас-то почему плохо? Вы же сами себе хозяева». Попробуй ей втолкуй, что у нас плохо именно потому, что они ничего не покупают.

С оборотными средствами туго уже давно, с кризиса 2008 года. Народу в магазине становилось все меньше и меньше. Но, как сказал еще в 2014-м мой президент, то, что вам казалось черной полосой, на самом деле — белая. Но президенту не до тонкостей. А в моем деле тонкости оказались очень важны: я — микробизнес. У меня годовой оборот — 20 миллионов рублей. Это мелочь. Практически работа ради работы. Если мы и упаковались – квартира, машина, дача, два магазина по 60 кв. м в собственности, теннис для младшего сына и хорошее образование для старшей дочери – то это за счет прибыли в «тучные» просветы, да из-за вечного провинциального страха, что дальше будет еще хуже и надо не жить сейчас, а хоть как-то обезопасить себя на будущее.

С осени 2014-го стало совсем плохо, оборотных средств не хватало катастрофически. Мы работаем давно, знаем каждого покупателя и всю его подноготную: когда в семье зарплата, когда пенсия, что привезти к выпускному или к свадьбе. А тут как отрезало… Начались увольнения, сокращения зарплат. У нас районная администрация одевалась, даже они бегут мимо: «Извини, Аня, не до нарядов, на еду не хватает». Ну если уж этим не хватает, что говорить про обычных покупателей! Они со своей зарплатой в 14 тысяч и с пенсией в 10 первым делом перешли в режим экономичного потребления. Теперь, в основном, отовариваются в магазинах, где «всё по 45» — от трусов до консервов.

Тропа к ним не зарастает, чего не скажешь о других торговых точках, где продажи за последние два года упали более чем вдвое. Положение в скором будущем вряд ли улучшится. Если в целом по стране, судя по недавнему опросу ВЦИОМ, 76% покупателей планируют экономить на покупке одежды и еще 60% рассчитывают сократить расходы на обувь, то в депрессивном Орле население это уже сделало. Даже в предновогодние недели, которые традиционно обеспечивали торговле бум продаж, все частные лавочки ушли в минус.

В начале этого года более 200 владельцев магазинов и небольших кафе подали заявления в налоговые инспекции о сворачивании своей деятельности, уволили персонал. «Выжившие» сократили продавцов вдвое, а то и совсем, стоят за прилавком сами. Я тоже закрыла один из двух своих магазинов. Вернее, сдала в аренду, чтобы иметь хоть какие-то деньги на жизнь и наполнить товаром другой. Теперь у меня изобилие! Но оно не приносит радости ни покупателям, ни мне. Сейчас вложения в товар – это выброшенные на ветер деньги. Малый бизнес в провинции, структура которого на 90% ориентирована на торговлю и услуги, идет ко дну. Мы уже утонули, попытка рассказать все, как есть, — это последнее «буль-буль».

Что значит наш исход для 300-тысячного Орла? Потерю как минимум 2 тысяч рабочих мест, реальное сокращение налогов в областной бюджет, который и без того сверстан на этот год с дефицитом в 2 млрд. рублей. Погашать долги правительство собирается традиционным и единственно известным ему способом – новыми кредитами.

Населению этот способ уже не доступен. На сегодняшний день орловцы должны банкам почти по 500 000 рублей на каждого заемщика. Треть кредитов просрочена, чуть не каждый новый берется для того, чтобы погасить долги по старому. Банки-благодетели, еще недавно зазывавшие клиентов и раздававшие им деньги, не очень-то заморачиваясь платежеспособностью заемщика и уж тем более экономическими прогнозами в регионе, теперь для орловцев первые враги. Впрочем, костерят всех. Бывших работодателей, которые месяцами не отдают зарплату. Суды завалены исками. Региональные власти, которые ничего не сделали, чтобы остановить вал банкротств промышленных предприятий, хотя многие завалились не вчера, а еще 15-20 лет назад. Но как бы только сегодня наступает прозрение, что за 20 лет в Орле практически не создано новых рабочих мест, а мизерный процент безработицы, указываемый в отчетах, на поверку оказывается блефом.

Вот так вот все взимосвязано, все сплелось в один узел… Как выпутываться? Этот вопрос не под силу малому бизнесу. Наше место было и осталось у параши, чтобы не пели уважаемые власти и как бы не заигрывали с «опорой России». Лично я капитулирую. Закрываюсь от всего и от всех.

За 15 лет, которые я занимаюсь услугами на рынке недвижимости, о помощи малому бизнесу я только слышал. Никто нас, малых предпринимателей, не собирал и не рассказывал о наших возможностях и правах, ни одного прямо направленного действия власти на облегчение бремени или поддержку. Тем смешней, что сейчас, когда фирмы одна за другой разоряются и закрываются, нас стали приглашать и воспитывать. Типа того, что их «удивляет инертность людей, нежелание сопротивляться, что-то делать». Дескать, мы сидим и плачем: пожалейте нас, мы несчастные, брошенные, а надо выбираться из кризиса, помогать стране и родной Орловщине. Совещание в департаменте строительства, приглашены все, кто завязан на строительстве и рынке жилья – отделочники, грузоперевозчики, производители оконных блоков, риэлторы… Все на рынке не первый год, то есть в курсе, что наши беды исключительно из-за того, что за последнее время в городе практически прекратилось новое строительство, ввод жилья ежегодно падает на 18-20% к предыдущему. Кризис! Регион в глубокой депрессии, показатели хуже только в Ивановской области, а мордой по столу возят не «авторов» этого коллапса, а тех, кто к нему не причастен.

Ладно, к тому, что наверху не представляют реальной жизни в стране, мы уже привыкли. Можно даже посмеяться, когда второе лицо в государстве советует учителям уходить в бизнес, если их не устраивает зарплата в школе. Но когда на региональном уровне малому бизнесу предлагают изображать «белку в колесе», чтобы создать видимость оживления экономики, то это уже полный звиздец. Лично я такой совет получил – «наращивать объемы, работать впрок, у вас же не скоропортящийся продукт». Наша фирма занимается изготовлением балконных рам и внутренней отделкой балконов. Застройщики не заключают с нами договоров, чтобы не удорожалась цена квартир. Но по партнерскому соглашению с ними, накануне сдачи дома мы заходили и за свой счет отделывали один из балконов. Для новоселов это служило визитной карточкой фирмы и образцом, как будет выглядеть фасад, если он оформлен в едином стиле. Как правило, люди на это шли, на год-полтора фирма имела гарантированную работу. Сейчас этого нет, десятки новостроек в Орле находятся на уровне котлована или чуть выше. Когда они будут закончены и сданы, и уж тем более, каких размеров у них буду балконы — один Бог знает. А мы, значит, согласно антикризисному плану, должны изображать бурную деятельность – сохранять рабочие места (за чей счет, интересно?), клепать рамы, чтобы потом их выбросить. Дешевле – законсервировать производство и уйти с рынка, как это уже сделали большинство наших конкурентов. Моя фирма сократилась на две трети (с 30 до 10 человек). Жизнедеятельность поддерживаем за счет разовых заказов – поменять окно на кухне, застеклить балкон. Бегаем по индивидуальным застройщикам в частном секторе. До кризиса там объемы строительства увеличивались от месяца к месяцу, сейчас даже не падение, а обвал. У населения просто нет денег на продолжение начатого или на старт нового. Какой вывод? Мы приходим к тому, что система пожирает саму себя, рано или поздно она схлопнется.

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.